Глава 548. Тот, кто затронет Закрытое Море, умрет! (Часть 2)

— Хотя род Ло пришёл в упадок, техника совершенствования его предка, Небесного Правителя, сохранилась. Она называется техникой Небесного Ритма и позволяет усиливать тело с каждой линькой, — раздался голос Мэн Юньбая в голове Сюй Цина.

Сюй Цин проигнорировал его слова. Многие гости встали, пытаясь остановить происходящее.

— Прекратите драку!

— Не место и не время для подобного!

— Господа, любое дело можно решить без кровопролития.

Несколько человек вышли вперёд.

Шум драки привлёк внимание снаружи, и в зал ворвались стражники.

Ло Цзинсун, видя это, облегчённо вздохнул. С холодным блеском в глазах он посмотрел на Сюй Цина и начал отступать.

Сюй Цин не стал его останавливать. Он перевёл взгляд с кувшина на Ло Цзинсуна и спокойно произнёс: — Мой яд ты не излечишь.

Лицо Ло Цзинсуна исказилось. Он хотел снова достать противоядие, но его тело содрогнулось, и кожа начала приобретать сине-чёрный оттенок.

Его охватил ужас, дыхание стало прерывистым. Он попытался подавить яд с помощью совершенствования и посмотрел на Седьмого принца и принцессу Аньхай, ища помощи.

Но прежде чем он успел что-либо сказать, из его глаз, ушей, носа и рта потекла чёрная кровь. Язык и уши отвалились, превратившись в чёрные лужи. Из горла вырвался ужасающий хрип. На глазах у всех его тело начало стремительно разлагаться.

Плоть отваливалась кусками, и за несколько вдохов Ло Цзинсун превратился в чёрную жижу.

Перед тем как окончательно исчезнуть, он посмотрел на принцессу Аньхай. В его единственном оставшемся глазу застыла мольба, но ответа не последовало.

Эта сцена потрясла всех присутствующих.

Когда Сюй Цин поглотил Зарождение Души, это не вызвало особого удивления — подобные техники существовали. То же касалось и яда.

Появление теневого образа вызвало некоторое любопытство, но никто не подал виду, даже когда Сюй Цин отрубил Ло Цзинсуну голову.

Они знали, что Ло Цзинсун не умрёт.

Но сейчас всё было иначе.

Ло Цзинсун, казалось бы, излечился, но яд продолжал действовать, стремительно разрушая его тело. Все взгляды обратились к Сюй Цину.

Особенно поражён был Мэн Юньбай. В его глазах, устремлённых на Сюй Цина, читались изумление и опасение.

Сидящая рядом с ним святая Лю Лин из Дома Творения нахмурилась, глядя на чёрную лужу. Внезапно она произнесла: — Божественное проклятие!

Эти слова поразили всех присутствующих.

В глазах Седьмого принца вспыхнул странный огонёк, а принцесса Аньхай впервые внимательно посмотрела на Сюй Цина.

Сюй Цин спокойно подошёл к месту, где Ло Цзинсун превратился в чёрную жижу, и, не брезгуя, достал из неё Пространственный Кувшин. Забрав его, он поклонился Седьмому принцу и принцессе Аньхай.

— Я убил его за то, что он оскорбил души героев нашей расы. Старый глава всю свою жизнь посвятил человечеству и Закрытому Морю. Его жертву оплакивал даже Император человечества и разрешил поместить его имя в Храм Предков, чтобы он вечно принимал почести.

— А этот человек, потомок Небесного Правителя, посмел оскорбить героя и попытался посеять раздор в округе Закрытого Моря. Его намерения нечисты, он, должно быть, один из последователей Светоча. Его смерть заслуженна!

Голос Сюй Цина был ровным, лицо — бесстрастным. Сказав это, он отступил на несколько шагов, повернулся и направился к Кун Сянлуну.

Чжан Цифаня, стоящего рядом с Кун Сянлуном, Сюй Цин полностью проигнорировал, демонстрируя крайнее безразличие.

Он не стал раскрывать суть сегодняшнего инцидента, но своими действиями показал, что ни он, ни Кун Сянлун не являются чьими-либо пешками. Какие бы разногласия ни существовали между другими, это их личное дело.

И их это не касается.

В то же время он дал понять всем присутствующим, что за оскорбление Закрытого Моря придётся заплатить.

На губах Седьмого принца появилась улыбка, принцесса Аньхай опустила взгляд.

Все вокруг были серьёзны. Их представление о Сюй Цине стало более ясным.

С этим человеком лучше не связываться — таков был общий вывод. Смерть Ло Цзинсуна их не волновала — чужие проблемы их не касались.

Когда Сюй Цин уже почти достиг выхода, он вдруг остановился и, повернувшись к Седьмому принцу, после недолгих раздумий произнёс: — Ваше Высочество, не могли бы вы вернуть округу Закрытого Моря три провинции?

Как только Сюй Цин произнёс эти слова, Седьмой принц замолчал, а на лице принцессы Аньхай появилась неуловимая улыбка. Она взяла бокал и сделала небольшой глоток.

Спустя некоторое время Седьмой принц улыбнулся и мягко произнёс: — В трёх провинциях всё ещё остаются мятежники. Как только они будут полностью уничтожены, округ Закрытого Моря может взять их под свой контроль.

Это не было его первоначальным намерением.

Однако сегодняшний инцидент и вопрос Сюй Цина в такой момент не позволили ему сразу отказать. В конце концов, Сюй Цин расценил действия Ло Цзинсуна как провокацию, а это было именно то, чего хотел Седьмой принц.

Таким образом, в вопросе о принадлежности трёх провинций он решил уступить, хоть и не назвал сроков, но выразил своё отношение.

Сюй Цин поклонился и вместе с Кун Сянлуном покинул зал. С самого начала и до этого момента ни он, ни Кун Сянлун не обращали никакого внимания на Чжан Цифаня, который был рядом.

Чжан Цифань же, сохраняя спокойное выражение лица, вернулся на своё место и продолжил пить вино.

Вскоре в банкетном зале снова зазвучали смех и разговоры, словно ничего не произошло. Лишь изредка взгляды скользили по тёмному пятну на полу, оставшемуся после Ло Цзинсуна, вызывая лёгкое волнение в сердцах присутствующих.

Банкет закончился поздно вечером, после того как принцесса Аньхай удалилась на отдых.

В опустевшем зале остался только Седьмой принц. Он сидел с невозмутимым лицом, некоторое время пил в одиночестве, а затем усмехнулся.

— Сестра, ты подготовила сцену, и я сыграл свою роль. Но почему ты решила использовать такой грубый приём?

Седьмой принц прищурился, рука, державшая бокал, замерла. Он погрузился в раздумья, а затем его лицо помрачнело, и в глазах вспыхнул холодный блеск.

— Противостояние!

Время медленно текло. Прошло семь дней.

Церемония возвращения клана Святой Волны состоялась здесь же.

Всё это время Сюй Цин и Кун Сянлун оставались в лагере округа Закрытого Моря, не выходя наружу.

Сюй Цин изучал Пространственный Кувшин, полученный от Ло Цзинсуна.

В основном он изучал пламя, содержащееся внутри.

Это пламя было весьма необычным. Ранее Сюй Цин ощутил его разрушительную силу и хотел избежать контакта, но всё же немного пламени коснулось его. Когда оно начало жечь его изнутри, фиолетовый кристалл отреагировал на это.

Фиолетовый кристалл начал втягивать пламя, поглощая его. Затем изнутри кристалла вырвался слабый свет.

Этот свет на мгновение осветил море сознания Сюй Цина. Хотя это был всего лишь миг, один из кончиков его первой Лампы Жизни, Чёрного Зонта, словно расплавился и исчез! Именно поэтому тогда в глазах Сюй Цина вспыхнул странный блеск. В тот момент его охватило волнение, но ситуация не позволяла ему сосредоточиться на этом. Вернувшись в лагерь, Сюй Цин немедленно начал медитацию.

Мэн Юньбай приходил к нему, святая Лю Лин тоже приглашала его.

Но Сюй Цин вежливо отказался. У него не было времени, да и он не хотел участвовать в делах столицы.

О событиях на частном банкете он и Кун Сянлун доложили Ли Юньшаню. Мнение Ли Юньшаня совпало с их собственным, и он даже увидел ситуацию более ясно.

— Похоже, что на этот раз нас пригласили не только на церемонию возвращения клана Святой Волны, но и Седьмой принц преследовал свои цели. Он, вероятно, хотел выяснить истинные намерения принцессы Аньхай, которая неожиданно прибыла сюда.

— Что касается того, что ты убил Ло Цзинсуна… Ты поступил правильно. Он оскорбил память главы, и его смерть заслуженна! Я доложу об этом правителю Яо. С его помощью и с учётом нашей правоты, у нас не будет проблем.

Это были слова Ли Юньшаня после того, как он узнал о событиях на банкете.

На седьмой день началась церемония возвращения клана Святой Волны.

Это была грандиозная церемония. Прибыли посланники из столицы, чтобы зачитать императорский указ. Присутствовали четыре императора клана Святой Волны, а также проекция Прародителя Императоров.

Когда проекция появилась, небо и земля изменились, поднялся ветер, и вся область Десяти Кишок Истинного Бессмертного погрузилась в гнетущую тишину.

Это было давление Наполнения Души.

Даже время и пространство в этой области на короткое время исказились. И это было всего лишь проекцией Наполнения Души.

Сюй Цину показалось, что он встретился с Богом, но в то же время это было чем-то иным. Ему было трудно описать это чувство.

— Наполнение Души… Безымянное, возвращающееся к небытию. Это состояние без формы и образа, это нечто неопределённое и неуловимое. Встречая его, не видишь начала, следуя за ним, не видишь конца, — тихо произнёс Ли Юньшань с благоговением в голосе.

Сюй Цин поднял голову и посмотрел на небо.

В небе он увидел четырёх императоров клана Святой Волны, а за ними — расплывчатую, но словно поддерживающую небо и землю, огромную фигуру. У неё не было ни головы, ни ног, она казалась бесконечно большой и вездесущей.

Прародитель Императоров клана Святой Волны не задержался надолго. Выслушав императорский указ, он растворился в небе.

В указе Прародитель Императоров Святой Волны был удостоен высочайшей похвалы, ему был возвращён древний титул его предков — Великий Герцог Святой Волны.

Название региона Святого Щита осталось прежним, но его территория сократилась вдвое. Оставшаяся часть была названа регионом Глубокой Лазури.

Этот регион не включал округ Закрытого Моря. В нём разместилась армия Седьмого принца, а принцесса Аньхай была назначена помогать в управлении.

На этом церемония завершилась, и Сюй Цин с остальными решили вернуться в Закрытое Море.

Однако перед их отъездом произошло ещё одно событие. Седьмой принц вернул округу Закрытого Моря три провинции, а также передал ещё четыре, увеличив территорию округа до семнадцати провинций.

Это предложение исходило от Седьмого принца, и принцесса Аньхай его поддержала.

В то же время округ Созерцания Луны, тайно контролируемый округом Закрытого Моря, был официально передан региону Глубокой Лазури.

Сюй Цин не знал всех деталей произошедшего. Хотя после того, как правитель Яо рассказал ему о ситуации с округом Созерцания Луны, Сюй Цин догадался о возможном обмене, он не знал, как именно всё будет устроено.

Это было решение, которое могли принять только правитель Яо и Седьмой владыка.

Однако из императорского указа он мог понять некоторые будущие тенденции.

Ситуация в регионе Глубокой Лазури изменилась с появлением принцессы Аньхай.